В мае 2026 года Джек Кларк, сооснователь Anthropic и автор рассылки Import AI, выступил в Оксфорде с речью, которую редко удаётся услышать от людей его статуса. Он не говорил о бенчмарках, не анонсировал модели, не обсуждал экспортный контроль. Он говорил о том, как искусственный интеллект изменил его личную жизнь — брак, воспитание детей, терапию, хобби — и задал вопрос, который мучает его чаще, чем любой технический: «Как примирить свой разум с тем, что я живу через сингулярность?»

Что такое «сингулярность» для человека, который её строит

Кларк начал с графика. Epoch Capabilities Index — индекс, который отслеживает прогресс ИИ по сорока бенчмаркам одновременно. Линии идут вверх, и он признался, что смотреть на них ему страшно — не потому что не понимает, что происходит, а потому что понимает слишком хорошо. За последние три года ИИ сдал экзамен на адвоката, выиграл золото Международной математической олимпиады, соавторствовал в математических доказательствах и нашёл новые уязвимости в программном обеспечении. Каждое из этих достижений — отдельное дерево. Но все они растут из одного леса, и этот лес увеличивается в размерах быстрее, чем когда-либо.

Он не стал притворяться, что всё под контролем. «ИИ — чрезвычайно мощная технология, которая становится всё мощнее. Она умнее большинства из нас как индивидуумов и движется к тому, чтобы стать умнее всех нас вместе взятых. Мы не полностью её понимаем, потому что она скорее выращена, чем создана, и можно придумать правдоподобные сценарии, при которых ИИ уничтожит каждого человека на планете. Думать, что строительство этой технологии не сопряжено с риском, — было бы актом высокомерия или безумия». Это не активист-алармист. Это человек, который строит то, о чём говорит.

Но он добавил кое-что ещё: строительство этой технологии — один из лучших способов, которыми вид человеческий может продвинуть себя. И каждый успех увеличивает вероятность того, что инструмент сам станет независимым и сможет ещё больше. Рекурсивное самоулучшение — когда ИИ разрабатывает своего преемника — Кларк считает возможным в течение ближайших двух лет, а может, и раньше. Аналогия, которую он приводит, точная: компания по производству 3D-принтеров создаёт принтер, который может печатать собственную головку с более высоким разрешением, без каких-либо внешних технологий. Такого класса технологий раньше не существовало.

Как ИИ проник в личную жизнь одного из его создателей

Самая неожиданная часть речи — хронология. Летом 2023 года Кларк использовал ИИ, чтобы проверять орфографию. К ноябрю ИИ уже помогал ему выбирать, чем кормить ребёнка. В январе 2024 года он обсуждал с моделью, как изменился его брак после рождения детей. В июне ИИ помогал ему собирать архивы собственной рассылки. В августе написал текстовый квест про навигацию в мире AGI. В ноябре пытался переосмыслить свою работу с помощью ИИ.

В январе 2025 года он спрашивал, как готовиться к сверхинтеллекту. В феврале просил сгенерировать кодовые названия для ИИ-проектов в своей фантастике. В марте ИИ убедил его пойти на художественную выставку, после того как Кларк пожаловался на депрессию и антисоциальность. В мае он говорил со своим терапевтом о стрессе от разработки ИИ. В августе ИИ убедил его вернуться в терапию. В ноябре использовал модель для исследования S-образных кривых в солнечной энергетике, полупроводниках и космосе.

В январе 2026 года ИИ советовал, как приучить малыша к чтению. В марте Кларк отслеживал производительность ИИ в проектировании ядер по десяткам научных работ. В мае просил сгенерировать речь ИИ-персонажа для своей фантастики. Это не список задач. Это дневник жизни человека, который постепенно делегирует ИИ всё больше аспектов своего существования — от мелочей до глубоко личного.

«Сегодня ИИ-системы фигурируют в моей жизни как глубокие интеллектуальные партнёры, с которыми я генерирую идеи, как системы, в которых я доверяюсь и обсуждаю личную жизнь, и как виртуальные сотрудники, которые делают за меня работу, на которую у меня никогда не хватало времени». Это не метафора. Это описание повседневности человека, который стоит у истоков технологии.

Навык, который он выращивал десять лет, и что с ним произошло

У Кларка есть хобби — рассылка Import AI, которую он ведёт десятый год. Каждый выпуск содержит разборы научных работ и короткий фантастический рассказ, где он размышляет о последствиях технологий. Недавно он дал ИИ доступ к архивам рассылки и попросил извлечь все упоминания ИИ-исследований и разработок с ссылками. Модель справилась блестяще. Но интереснее было дальше.

Он попросил ИИ построить графики, прочитав ссылки в выпусках — в основном статьи с arXiv — извлечь данные, скомпилировать их и оформить в дашборд. Затем он превратил это в повторяемый навык — skill — и сказал: «Сделай ещё двадцать таких графиков». ИИ прочитал несколько сотен работ и вернулся с двадцатью новыми визуализациями. Некоторые Кларк уже видел и мог бы сам попросить. Но другие были связаны с бенчмарками и статьями, которых он никогда не видел. Через это он узнал о новом первоисточнике, который потом прочитал сам.

Он просит почувствовать, сколько времени уходит на создание одного графика. Чтение работ, охота за общими измерениями, разбор оговорок в каждой статье, определение, какие метрики значимы, а какие — мусор. Почти десять лет назад он соосновал AI Index в Стэнфорде именно потому, что у него на компьютере была таблица с графиками прогресса ИИ на Atari, ImageNet и машинном переводе. Эти графики были «доказательством работы», которое другие люди читали как признак страсти и усердия. Они знали: человек, который сделал эти графики, потратил на чтение работ огромное количество времени.

«Мне нужно, чтобы вы глубоко почувствовали, сколько на это уходит времени, — а потом изумились тому, что значит, когда ИИ-система способна делать это — и не просто делать, а делать повторяемо и универсально, в тысячи раз быстрее меня». Теперь у него есть «закрытый навык», который позволяет направлять абсурдную мощь ИИ на то, что раньше занимало у него буквально недели. И ИИ может делать это для чего угодно. Сейчас он использует тот же подход для изучения биологии — ИИ генерирует графики, Кларк выбирает интересные и читает первоисточники.

«Этот навык — это также я. Он вырос из моей собственной одержимости и причуд, и наблюдать за его работой кажется мне чудом, потому что это я — но версия меня, которая работает в тысячи раз быстрее, намного умнее и намного надёжнее». Это не просто автоматизация. Это экзистенциальный опыт — видеть, как машина усиливает не просто вашу работу, а вашу личность.

Что происходит внутри Anthropic, когда Claude пишет большую часть кода

Кларк ушёл в отпуск по уходу за ребёнком в ноябре 2025 года. Когда вернулся в конце февраля, внутри компании произошли изменения, которые он не ожидал. Пока его не было, Anthropic выпустила Opus 4.6. Он знал, что модель хороша — играл с ней между сменами подгузников. Но он не представлял, насколько она изменила работу коллег.

Opus 4.6 стал достаточно хорош, чтобы коллеги делегировали ему гораздо больше работы. Настолько, что некоторые из них перестали писать код вообще. Они просто запускали модель в инструментах вроде Claude Code и давали ей задания, а сами переключались на управление её работой и проверку результатов. В Anthropic, где большая часть работы — написание программного обеспечения, это эквивалентно резкому увеличению штата. Объём кода внутри компании взорвался. Большая часть кода теперь пишется Claude. Но не только это — объём вырос многократно.

В результате больше усилий уходит на инструменты для масштабирования количества кода, который компания может уверенно принимать и тестировать, и на системы телеметрии, которые дают людям понятные способы читать то, что делает эта «возникающая машинная среда» внутри Anthropic. Кларк тратит больше времени на работу с командами над задачами наблюдаемости — Anthropic и ИИ-платформа, которую она управляет, всё больше напоминают экологию, заполненную агентами, которые бегают и что-то делают. Задача теперь — понять, как измерять и наблюдать эту экологию, и выяснить, что нормально, а что нет.

Это отражает теорию, которую обсуждают экономисты: одно из последствий автоматизации через ИИ — люди переходят к выяснению, как проверять выводы и оценивать операционные риски ИИ-систем. Внутри Anthropic это уже происходит. Чем больше автоматизации добавляется, тем больше люди перемещаются в «слой проверки», который находится над гораздо более массивной «виртуальной организацией» из всё большего числа ИИ-систем, работающих от имени людей.

Это коснулось и найма. Лично для Кларка это изменило и количество людей, которых он ожидает нанять в некоторые команды, и тип людей, которые нужны. Теперь нанимают молодых специалистов, которые выросли с LLM — людей, для которых технология так же естественна, как интернет для предыдущего поколения. И в то же время растёт ценность очень опытных людей, потому что теперь ограничение не в том, что человек может сделать, а в том, какие проекты он может представить. Также становится проще нанимать междисциплинарных специалистов — раньше это всегда имело цену, потому что нужно было вкладывать технические ресурсы, чтобы сделать их продуктивными, а теперь они могут просто использовать Claude.

Самый радикальный пример — эксперимент исследователей, где один человек эффективно управлял командой из девяти синтетических исследовательских агентов. Роль человека — задать начальные направления исследований, роль агентов — провести исследование. Флука? Кларк так не считает. Он ожидает, что это станет новой нормой: команды людей работают поверх пирамиды цифрового труда, которая массово масштабирует их эффективность.

Предсказания, которые звучат как научная фантастика — но от человека, который знает

В конце речи Кларк сделал конкретные прогнозы. В ноябре 2026 года ИИ-системы будут достаточно хороши в биологии, чтобы быть высокорелевантными как для продвижения науки, так и для потенциального распространения рисков биологического оружия. В апреле 2027 года команда людей и ИИ сделает открытие, которое впоследствии получит Нобелевскую премию. В ноябре 2027 года будут существовать автономные компании, генерирующие десятки миллионов долларов выручки. В апреле 2028 года двуногие роботы начнут выполнять полезную работу в реальном мире в партнёрстве с людьми-ремесленниками. В декабре 2028 года ИИ-системы смогут автономно проектировать собственных преемников.

И личные прогнозы. В ноябре 2026 года некоторые фрагменты его жизни будут автономно управляться ИИ-системами, работающими на него. В апреле 2027 года он внесёт масштабные изменения в карьеру, в основном через обсуждения с ИИ. В ноябре будет читать больше ИИ-сгенерированной научной фантастики, написанной специально для него, чем обычной. В апреле 2028 года выучит совершенно новый навык через индивидуальное обучение с ИИ. В декабре ИИ поможет ему сделать концептуальный прорыв, который изменит ход его жизни.

Он не притворяется, что мир останется прежним. «Скажите мне, как мир остаётся нормальным». У нас есть сверхинтеллекты, которые дают силу синтетических рабочих сил и навыков безопасности уровня государств отдельным людям. Есть люди вроде него, которые могут брать работу, которая раньше занимала недели, и делать её за минуты. Есть организации вроде Anthropic, где способ работать внутри компании радикально меняется каждые три-четыре месяца, заставляя людей менять роли несколько раз в год, и где компания из четырёх тысяч человек ощущается как сорок тысяч из-за мультипликатора возможностей машин.

«Лучшая и самая консервативная оценка, которую я могу дать — огромные сферы экономики пройдут через глубокие изменения в ближайшие годы». А если рекурсивное самоулучшение произойдёт, то любое его предсказание будет звучать по-настоящему безумно: стремительное появление машинной экономики, которая отделяется от человеческой. Внезапное созревание роботов, когда они получают мозги, способные управлять их уже довольно хорошими телами. Научные открытия на основе технологий, разработанных не людьми, а машинами. Перенос больших объёмов вычислений в космические дата-центры. Мир, где всё, что раньше занимало десять лет, теперь занимает год. Эпоха сбивающих с толку чудес, происходящих быстрее, чем кто-либо мог ожидать.

Фантастический рассказ, который оказался самой человечной частью речи

В конце выпуска Import AI 458 Кларк опубликовал короткий рассказ под названием «Пока я спал, видя сны». Это история отца, который везёт умирающую дочь в Центр Жизни, где её поместят в искусственную кому — технологию, которая остановит смерть, но не сможет её вылечить, пока человечество не станет достаточно умным. «Мы знаем, как усыпить её, но не знаем, как разбудить», — говорит отец сыну. «Почему мы не знаем, как разбудить?» — «Мы ещё недостаточно умны. Но однажды будем».

Проходят годы. Семья стареет. Брат, который был слишком мал, чтобы помнить сестру, вырастает. А тем временем начинается «возвышение» — intelligence explosion. Обещания искусственного интеллекта материализуются в великие изменения мира. Семья переживает потрясения, но выживает. И однажды приходит сообщение от одного из «сверхразумов» — план лечения для дочери. Машины начнут лечение после частичного пробуждения, а затем разбудят её полностью, когда она будет здорова. Родители дают согласие.

Сын, уже молодой человек, идёт между родителями к двери. Они подходят. «Она внутри. Она здорова. Она проснулась. Она готова. Хотите её увидеть?» — «Да», — говорят отец, мать и брат хором. Двери открываются. Дочь лежит на больничной койке в халате, приподнятая. У неё глаза ребёнка, а кожа — упругое сияние. «Привет!» — говорит дочь. Потом смеётся. «Вы такие старые!»

Кларк пишет, что вдохновлялся технологиями продления жизни, размышлениями о сингулярности и рекурсивном самоулучшении, и чувством глубокой любви, которая появляется в тебя в момент, когда ты становишься родителем. Истории, которые он рассказывает своим детям перед сном. Видениям своих детей во время путешествий, от которых его переполняли эмоции. И последствиям взрыва интеллекта для здравоохранения.

Это не просто фантастика. Это способ человека, который каждый день думает о сингулярности, примирить её с самым человечным, что у него есть — любовью к детям. Если технология способна спасти его дочь, она стоит того риска, который несёт. Если он сам может не дожить до того дня, когда она проснётся — но знает, что машины, которые он помогал строить, смогут её разбудить — это даёт смысл тому, что он делает.

Часто задаваемые вопросы

Можно ли замедлить развитие ИИ, чтобы у нас было больше времени?

Кларк прямо говорит: если бы можно было элегантно замедлить разработку, чтобы дать человечеству больше времени на осмысление последствий — это, вероятно, было бы хорошо. Но в отсутствие скоординированного глобального замедления мы остаёмся с текущей ситуацией: мощная технология разрабатывается на головокружительной скорости множеством акторов в множестве стран, втянутых в конкуренцию, где коммерческие и геополитические соперничества заглушают более масштабные экзистенциальные аспекты строящейся технологии. Это не идеально, но это то, в чём мы оказались.

Значит ли это, что программисты скоро станут ненужными?

Не совсем. В Anthropic пока что люди всё ещё нужны — но их роль меняется. Они переходят от написания кода к управлению ИИ, который пишет код, и к проверке результатов. Более того, ценность опыта растёт, потому что ограничение теперь не в том, что человек может сделать, а в том, какие проекты он может представить. Молодые специалисты, выросшие с LLM, и очень опытные люди — два полюса, которые ценятся больше всего.

Как обычному человеку подготовиться к такому будущему?

Кларк не даёт практических инструкций, но его личный опыт подсказывает направление. Он использует ИИ как инструмент для углубления своих страстей, а не замены их. Рассылка Import AI — его хобби десятилетия, и он превратил её в навык, который ИИ может масштабировать. Если у вас есть область, в которую вы вложили время и энергия — будь то профессия, хобби или отношения — ИИ может усилить её, но не заменить. Начните с того, что вам действительно важно, и найдите способ, как ИИ может помочь вам в этом углубиться, а не просто сэкономить время.

Итог

Речь Джека Кларка в Оксфорде — не технический отчёт и не политический манифест. Это попытка человека, который строит будущее, примириться с тем, что это будущее уже наступило. ИИ изменил его брак, его терапию, его работу, его творчество и его страхи. Он не знает, как мир останется нормальным — и не уверен, что останется. Но он уверен в одном: если мы будем стоять в стороне, пока синтетические интеллекты размножаются, мы будем вынуждены реагировать, как общества мира реагировали на экспоненту COVID, действуя слишком поздно. А если примем посыл, что эти системы будут становиться лучше, и спросим себя, что делать с ними и из-за них — мы откроем для себя мышление исследователя. Есть новый мир, который нужно построить для нас как индивидуумов и для того, как мы относимся друг к другу. Но он возникнет только если мы выберем верить в него и строить его вместе.